Брэнд :
Модель :
Механизм :

Расширенный поиск

A.Lange & Sohne

(32 модели)

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010021
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

10500 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010031
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, ETA

12987 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Datograph  

Артикул : 7010391
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

45500 руб.
Подробнее
 

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010401
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

11000 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010411
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

10500 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010421
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

10500 руб.
Подробнее
 

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010431
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

12987 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010441
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, ETA

10000 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Richard Lange  

Артикул : 7010461
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

12987 руб.
Подробнее
 

A.Lange & Sohne

Lange 1  

Артикул : 7010471
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, ETA

11000 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Tourbograph  

Артикул : 7010481
Пол : Мужские
Механизм : Frederic Piguet, Швейцария

135000 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

Lange Tourbillon Pour le Merite  

Артикул : 7010001
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский

130000 руб.
Подробнее
 

A.Lange & Sohne

Saxonia  

Артикул : 7010581
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, ETA

10387 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

1815  

Артикул : 7010651
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

15587 руб.
Подробнее

A.Lange & Sohne

1815  

Артикул : 7010661
Пол : Мужские
Механизм : Швейцарский, Nouvelle Lemania

15587 руб.
Подробнее
 
Страницы:
1 2 3


Часы A.Lange & Sohne

Ничего не предсказывало, что отпрыска ружейного профессионала Самуэля Ланге, родившегося 18 февраля 1815 года в Дрездене, ждет судьба популярного часовщика. Скоро после его рождения его мама ушла от отца — «мужчины с дерзким характером». Другая семья воспитала Адольфа Ланге и устроила в качестве воспитанника к знаменитому придворному часовщику Иоганну Гюткесу. Как скоро оказалось, это оказалось счастливым решением. Так как через некое время мастеру кинулись в глаза не лишь чрезмерная хватка его воспитанника, однако еще и необычное честолюбие юноши, выражающееся во влечении добиться большего, чем было довольно для обычного часовщика в то время в Дрездене.

Учась часовому ремеслу, Ланге ходил в политехническую школу, и изучал вечерами иностранные языки. С самого истока он запланировал, что свои познания он станет увеличивать лишь в центрах высокоразвитого часового мастерства, которыми в то время были Франция и Великобритания. В 1837 году, 3 года спустя после собственного обучения в Дрездене, с рекомендацией Гюкеса, Адольф Ланге поступил в Париже на службу к известному мастеру Йозефу Тадеусу Виннерлу, который был одним из наилучших воспитанников Авраама Луи Бреге. Одним словом, из запланированного им времени на учебу, вышло 4 года, за которые Ланге завоевал себе имя настоящего мастера. В результате ему довелось отрешиться от предписания Виннерла совсем остаться в этом затеи, так как в его дорожном плане стояла ещё Великобритания и Швейцария.
В базе таблиц Ланге постоянно лежала метрическая система измерения на складе миллиметра, которую, кстати, практически в это же время ввел Антуан Ле-Культр в Ле Сентье. Не считая этого, Адольф Ланге был врагом принципа «try and error’, содержавшегося в цепочке: Попытка, опечатка и поправка, который в то время являлся управляющим принципом ремесла часовщика и тем самым делал неосуществимым введение неизменных и репродуктивных норм свойства, какие бы являлись обычными. Задавшись целью поменять эту тенденцию собственным образом, он возвратился в творческую мастерскую Гюткеса назад, женился в 1842 году на его дочери Амалии, и стал совладельцем часового дела компании тестя. Данной фабрикой в те эпохи были выпущены именитые прецизионные регуляторы для обсерваторий почти всех государств. Один из их, носящий номер 32 и сейчас в Женевском музее летописи наук, в движение возле 60 лет демонстрировал в одной из обсерваторий Швейцарии четкое время.
Адольф Ланге был не умнейшим часовщиком, интеллигентным и религиозным человеком, однако и социально мыслящей персоной. Бедность, распространившаяся в то время в районе Рудных гор со слаборазвитой инфраструктурой, побудила Ланге в 1844 году перейти к действиям. Он заключает контракт с Саксонским Царским Министерством Внутренних Дел на творение часового изготовления в Гласхютте. По этому соглашению, Ланге обязался брать на обучение 15 воспитанников из Гласхютте и за 3 года сделать из них часовых мастеров, а правительство обязывалось дать ему ссуду в размере 6700 талеров и 1120 талеров для покупки оснащения и приборов. Воспитанники должны были после окончания учебы работать в мастерской Ланге в течение 5 лет и отрабатывать свое обучение, платя 24 гроша в неделю. Таким образом, Ланге наладил 1-ое часовое создание, сконструировал и сразу усовершенствовал оснащение для четкого производства отдельных подробностей. При этом он сам, как просвещенный человек, вел корреспонденцию и бухгалтерию. Его дочь Эмма говорила о том, что её отец время от времени элементарно выбивался из сил, работая до поздней ночи.
И все-же его предусмотрительная теория приняла свою форму: Не считая предстоящего развития собственной своей компании в Гласхютте, инфраструктура которого существенно улучшилась за время занятия Адольфом Ланге поста бургомистра в движение 18 лет, появились почти все мелкие спец мастерские по производству драгоценных камней и деталей часов. Благодаря его помощи были еще открыты мануфактуры по изготовлению корпусов для часов, золочению и гильошированию и 3 которые сотрудничали с ним и какие часто были основаны людьми, до этого являющиеся его воспитанниками.
После внезапной смерти Адольфа Ланге в 1875 году, его сыновьям и потомкам остался быстроразвивающийся бизнес, а Гласхютте — финансовая стабильность. Адольф Ланге возвращал в Германию высочайшее часовое искусство, которое процветало в эпоху Возрождения. За 7 лет до смерти Адольф Ланге сделал отпрыска Рихарда собственным партнером и назвал фабрику в A.Lange & Sohne. В 1875 году Эмиль, меньший отпрыск Адольфа Ланге, присоединился к фамильному занятию и довел часы Lange and Sohne до высокой ступени технического и эстетического достоинства, создав мировую репутацию A. Lange & Sohne, сохранившуюся и сегодня.

Новое поколение в лице Эмиля Ланге — Отто вошло в круг собственников A. Lange & Sohne в 1906 году. Отто унаследовал способность предков, и совместно с братьями Рудольфом и Герхардом принял управление компанией после смерти отца в 1922 году. Шли годы, и поколение часовщиков Ланге сменялось одно за другим. Во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов снаряды подорвали индустриальное сердце Гласхютте — основное производственное здание A.Lange & Sohne. За разрушением с воздуха скоро последовало ограбление того, что ещё имело какую-то важность. Но оставшиеся труженики мануфактуры сходу, же кинулись выручать и чинить производственное оборудование. Отдельные подробности часовых устройств, какие при разграблении из вырванных выдвижных ящиков были кинуты на настил, с осмотрительностью собирались и очищались. Часовые компании сообразно всей Германии, какие во время борьбы делали заказы на сборку калибра «48» для часов, получили уведомление от A. Lange & Sohne с просьбой отправить назад в Гласхютте ещё имеющиеся необработанные подробности, так как о производстве на тот момент не могло быть и речи. Совладельцами тогда являлись Отто, Герхард и Рудольф Ланнге.

В то время как все гласхюттовские часовые мануфактуры были демонтированы, из A. Lange and Sohne, вследствие разрушений нечего было более составить. Но, несмотря на все вышесказанное юный часовщик Вальтер Ланге обязан был под русским контролем задокументировать, и изготовить чертежи процесса производства, для пользующего огромным спросом, ланговского калибра «48» для палубных часов, наручных летных часов и Б-хронометра. Меж тем, в оплаченных помещениях опять наступает сборка часовых устройств из имеющихся в наличии подробностей и сразу, возобновление разрушенной фабрики. В мае 1948 года должно было снова начаться производство.

После долгих гонений членов семьи Ланге со стороны советских властей, осенью 1989 года в Гласхютте опять возникает вера. Распространяется весть: государь Ланге возвращается. К нему прибывают сыновья и дочери былых тружеников компании и приносят с собой в картонных коробочках спасенные механические детали, изготовленные их папами, и просят взять их на работу. В новое дело Ланге и его партнеры вложили 3 000 000 германских марок. На первых порах не хватало оснащения, и кое-что даже привезли из Шаффенхаузена, из мануфактуры дружественной IWC. Тяжело было со всем — даже с телефонной связью. Однако часовщики — одни из самых долготерпеливых людей на свете. В 1998-м в Гласхютте закончили стройку новейшего строения мануфактуры. В том же году в древнем, отстроенном здании мануфактуры открыли часовую школу A. Lange & Sohne. В 2000 году A. Lange and Sohne купила Richmont Group, в числе которой лишь знаменитые мануфактуры и ювелирные дома.

В модели Lange I Tourbillon соответствующий вид часов Lange I смешивается с ошеломляющей филигранной техникой карусельного хода. Модель Langematik Perpetual представляет собой наручные часы с нескончаемым календарем, эти часы различаются наличием комфортной «главной» клавишей, дозволяющей одним ходом переводить на день вперед все индикации часов.

Вот уже на протяжении 10 лет, прошедших со времени восстановления, фирма Lange Uhren GmbH поддерживает крепкий спрос на свою продукцию и осваивает новейшие рынки. Во многом этим фурором она должна Гюнтеру Блюмляйну, выдающемуся конструктору и изобретателю, потому не удивительно, что его внезапная кончина так тяжко переживалась сотрудниками и товарищами, а кресло начальника, оставленное им, до сих времен пустует. «Ланге-эйфория» продолжается десятилетиями, дивя собственным постоянством даже самых оптимистичных прорицателей успеха.